Ответ Гогузева А.В. на комментарий Болдачева А.В. по работе «Что есть логика»

Уважаемый Александр Владимирович!

Вы пишете: «Вопрос “адекватности” не столь однозначен даже в точных науках (особенно в постклассической физике), а в философии он принципиально неразрешим. Вы сами отмечаете, что философия не может иметь в качестве своего предмета бытие само по себе (”философ не может дать знание самого бытия как такового“), предметом философии является уже помысленное бытие, уже отраженное в понятиях».

Если понять, что философское познание есть сторона познания бытия людьми и что, следовательно, задача философского познания заключается в выработке путем научно-теоретического исследования определенной части-целостности бытия знания Метода научно-теоретического познания бытия людьми (к которому (знанию) относится и знание свойств бытия как такового), а не в выработке самого по себе знания свойств бытия как такового, то становится понятно, что из того факта, что философское познание вырабатывает знание не самого бытия (как такового), а знание бытия как такового, каким бытие «является» при познании людьми (отображении в понятиях), нельзя делать вывод, что «вопрос адекватности» философского знания «принципиально неразрешим».

При таком понимании философского познания обнаруживается критерий истинности философского знания (адекватности изображения в понятиях объекта исследования), включая знание свойств бытия как такового – осознанная исследователями необходимость применения данного философского знания (в качестве Метода) при научно-теоретическом исследовании частей-целостностей бытия, т. е. реальная востребованность данного философско-научного теоретического представления научным сообществом.

Полностью с вами согласен – единственным (не субъективным) критерием «истинности» философского знания является реальная его востребованность. (Только научное сообщество здесь ни при чем – если, конечно, не понимать его в самом общем смысле как думающая часть населения.) Но является ли эта востребованность однозначным критерием? Во-первых, эта востребованность существенно привязана к историческим, географическим, политическим реалиям. Во-вторых, она рационально не определима – какой процент «научного сообщества» должен востребовать то или иное философское знание, чтобы оно должно быть принято как «истинное»? А если в сообществе в равной степени распространены несколько несовместимых философских (мировоззренческих) позиций (и это вполне нормально)? Не является ли само наличие этого разнообразия философских теорий тем самым адекватным отражением бытия в понятиях? Ведь философия имеет в качестве своего предмета именно это разнообразие?

И самое главное – какое отношение критерий истинности философского знания, понимаемый как востребованность (принятие) его сообществом имеет отношение к адекватности этого знания? Если не понимать эту адекватно прямолинейно – как адекватность мировоззрению той части сообщества, которая считает это знание адекватным. Как христианская философия адекватна христианскому мышлению, а буддийская – буддийскому, материалистическая и идеалистическая – востребованы в разных слоях думающего сообщества.

Серьезно обосновывая адекватность какого-то конкретного философского знания вы неизбежно приходите к отрицанию адекватности всего, что не соответствует вашим представлениям.

Вы пишете: «Посему, все рассуждения об “адекватности изображения” должны предваряться обоснованием самой возможности такового, и пояснением вообще, что это значит». «Обоснование самой возможности такового, и пояснение вообще, что это значит» содержится в работе «Вперед от Канта. (Сущность философского познания; движение и развитие философского познания в историческом процессе познания бытия людьми)», где дано логико-теоретическое исследование явления «Философское познание бытия (и вместе с тем человеческое познание бытия)»…

Как я понимаю, Вы сомневаетесь в возможности выработки, с одной стороны, адекватного изображения в понятиях объективной реальности (ОР), с другой стороны, знания единственно верного метода, способа получения при отображении ОР адекватного изображения ОР в понятиях (в единственно верных понятиях, точнее – в единственно верной системе понятий при отображении каждого объекта познания).

Но, заметьте, это именно «стороны», т. е. одно нельзя отделить от другого. А чем определяется «способ получения при отображении ОР адекватного изображения ОР в понятиях» (кратко – «Способ»)?

Понятно, что, с одной стороны, свойствами отображаемого, т. е. свойствами ОР (бытия), с другой стороны, свойствами человеческих средств отображения ОР в понятиях.

Но ведь и одно (свойства бытия как такового) и другое неизменно. Следовательно, надо признать, что должен существовать единственный Способ.

Полагать, что люди не в состоянии применять Способ, значит, полагать, что люди не в состоянии вырабатывать истинное знание ОР (адекватное изображение в понятиях бытия) как знание, на основе которого только и возможна успешная Практика людей.

(Можно спросить: какие есть основания для утверждения, что свойства бытия как такового (ОР) неизменны? Ответ, с моей точки зрения, прост: с одной стороны, успешное взаимодействие индивидов с «вещами» на основе сознания и понятийного мышления, с другой стороны, успешная общественно-историческая практика людей на основе научного знания свойств объектов познания, были бы невозможны, если бы свойства бытия как такового не были неизменными; вместе с тем была бы невозможна никакая «Логика»).

Существование сознания людей (и понятийного мышления) (как совместного знания бытия, существующего за счет выражения знания в понятиях посредством условных знаков – слов и др.) и успешной деятельности людей есть доказательство существования Способа и применения его людьми с самого начала их (людей) существования.

А с самого начала существования собственно «Философского познания» происходит выработка знания Способа в качестве теоретического построения, называемого «Логика».

Исходя из всего сказанного, с моей точки зрения, следует признать, что сомнение в возможности выработки адекватного изображения в понятиях ОР (бытия) противоречит логике (конечно, если признается, что бытие есть ОР по отношению к человеческому сознанию как знанию бытия, выраженному в понятиях, т. е. как субъективному образу ОР).

Никакое, взятое само по себе, высказывание не может противоречит логике. Любое высказывание является истинным или ложным только в пределах конечной логической системы. В вашей логике действительно существует единственное «адекватное» отражение. В моей логике – множество (как и в реальной истории человеческого познания).

Неосознанное применение Способа начиналось вместе со становлением сознания, т. е. становлением понятийного мышления, становлением отображения бытия в понятиях как познания бытия людьми…

Познание бытия людьми на первой (донаучной) стадии существования и развития осуществляется при интуитивном применении Способа и в той мере, в какой это необходимо для выработки знаний бытия, непосредственно применяемых в практике.

Становясь научным, познание бытия людьми все больше нуждается, с одной стороны, в выработке метода научно-теоретического познания бытия (Метода), в основе которого объективно необходимо должно быть знание Способа, с другой стороны, в выработке знания Способа в той мере, в какой это необходимо для его осознанного применения в составе Метода при научно-теоретических исследованиях объектов каждой из наук (на которые объективно необходимо разделяется научно-теоретическое познание бытия).

Отсюда, начинается, с одной стороны, становление научного этапа движения и развития собственно «Философского познания» (вместе с процессом самоосознания), с другой стороны, становление научно-теоретического понимания Способа в составе Метода (Кант, Гегель, Маркс и их последователи); вместе с тем осуществляется впервые осознанное применение Способа в составе метода при целостном «логико-теоретическом (и вместе с тем историко-теоретическом)» исследовании одной из выявленных частей-целостностей бытия – с моей точки зрения, явления «Капиталистический способ производства» в «Капитале» Маркса.

В наше время, когда знание Метода и Способа (объективно) в основных чертах было уже выработано (хотя и не вполне осознано как знание именно этого), я применил это знание при исследовании явления «Философское познание (и вместе с тем человеческое познание)». (Поэтому я и определяю свое исследование, заключающееся в работе «Вперед от Канта. (…)», как «логико-теоретическое (и вместе с тем историко-теоретическое)», т. е. как исследование в соответствии с Методом, в основе которого выявленный и осознанный всесторонне Способ, т. е. Логика). В результате я вырабатываю наиболее общее (философское) теоретическое представление о Логике, т. е. о Способе как основе Метода.

Мое исследование показывает, что «Философия» как таковая есть исторически необходимая, но исторически преходящая форма познания бытия людьми, представляющая собой соединение неосознанного исследования объекта философского познания (объективно) и исследования некоторых объектов нефилософского познания (явлений «Человек», «Общество» и производных от них)…

В моем исследовании выявляется действительный (объективно существующий) объект философского познания и показан в системе теоретических понятий процесс (с его результатами) научно-теоретического исследования данной выявленной части-целостности бытия путем применения метода научно-теоретического познания бытия (в принципе – единственно верного), т. е. метода отображения в теоретических понятиях выявляемых частей-целостностей бытия.

Вы рассматриваете «Философское познание» не само по себе, а в указанной исторически преходящей форме и в том качестве, в каком оно осуществляется в рамках «Философии», где еще не осуществлено выявление объекта Философского познания и не осуществляется его непосредственное исследование, поэтому не вырабатывается (объективно не может выработаться!) и единая система теоретических понятий.

Отсюда и Ваше ошибочное представление: «В философском мышлении … не существует единой, общепризнанной системы понятий (а по моим представлениям таковых и принципиально быть не может)».

Мне нравиться это уверение – я пишу об эмпирическом факте «в философии не существовало и не существует единой системы понятий» - в вы мне в ответ: «это ошибочное представление». Его можно понять наверное только как заверение, что единственно адекватная система понятий существует и она - ваша. Все бы хорошо, если бы так не думал каждый философ. (Правда, если бы он так не думал, то он и не был бы философом.)

Если философское познание в принципе не может выработать единую общепризнанную систему понятий, т. е. не может выработать истинное знание своего объекта,

А откуда у вас уверенность, что возможно единственно истинное (абсолютное?) знание? Весь опыт познания показывает относительность любого знания, его частичность и временность.

то, с одной стороны, оно не является частью (стороной) познания бытия людьми и, следовательно, в качестве познавательной деятельности бесполезно для людей и не нужно людям, с другой стороны, философствующие индивиды занимаются бесплодным, следовательно, бессмысленным, ненужным для движения и развития познания бытия людьми делом. Философское познание, существующее еще и поныне в рамках «Философии», с одной стороны, не в состоянии продвинуться дальше в выявлении и исследовании своего объекта (философствующие индивиды в наше время в состоянии лишь на всевозможные лады интерпретировать и «дорабатывать» теоретические построения философствовавших предшественников, продвигавших, своими действительно творческими теоретическими построениями, философское познание вперед за счет отображения так или иначе действительного объекта философского познания); с другой стороны, среди философствующих индивидов в наше время получила распространение и признание идея о необходимости признания невозможности выработать единую общепризнанную систему понятий, т. е. выработать единственно верное (в основе) философское теоретическое представление вместе с тем выработать знание единственно верного способа и метода выработки данного теоретического представления.

Как понимать Ваше высказывание: «“Адекватность” отображения может иметь только единственный смысл - адекватность отражения в понятиях представлений самого философа. И не более. То есть следует признать, что предметом вашего (и каждого философа) является его индивидуальное мышление (отображение в понятиях) бытия и ни о какой “верности” за рамками этого отображения говорить не представляется возможным (кроме личной оценки философа)»? Неужели Вы полагаете, что философ может отобразить в понятиях лишь собственное «мышление бытия», т. е., как я понимаю, что в теоретических построениях философа не отображается в понятиях, так или иначе, ОР? Но, в таком случае, с одной стороны, выражение «адекватность отображения в понятиях» при описании философских теоретических построений не имеет никакого смысла, с другой стороны, бессмысленны дискуссии и споры между философами.

Именно так. В отличие от позитивных наук, в которых предмет исследования находится вне человека, в философии отражается лишь индивидуально понимание философа. Оно, безусловно, так или иначе отражает объективную реальность, поскольку является ее частью (частью бытия), и адекватность этого отображения может быть понята лишь как отражение разнообразия мира в разнообразии философских теорий и методов.

«Адекватность отображения» имеет действительно только два смысла – (1) адекватность отображения самим философом своего понимания (удовлетворенность или неудовлетворенность в точности фиксации его в тексте) и (2) совпадение этого отображения (фиксации его в тексте) с представлениями более или менее многочисленной группы людей. Ни каких объективных критериев адекватности (истинности) философских высказываний не существует.

И объективного смысла в философских дискуссиях и спорах нет. Можно даже признать это заключение в качестве эмпирического факта – ведь до сих пор философские споры не имели никакого смысла, как и сейчас наша дискуссия – вы останетесь при своем убеждении в наличии единственного адекватного метода (вашего). А я останусь при своем понимании, что при отсутствии критерия истинности философских высказываний наши доводы в поддержку своих позиций бессмысленны.

У споров (тем более философских) есть только одни смысл – оттачивание своей аргументации.

Вы пишете: «Второй момент касается метода, схемы “адекватного изображения в понятиях”. Форма полярного (дихотомичного) анализа лишь одна из возможных классификационных схем. Посему указание на ее исключительность (”необходимым разделением может быть лишь раздвоение целого-объекта“) представляется неоправданным ограничением мышления (особенно философского). Для строгости изложения обязательно надо указывать, что в рамках приводимых исследований используется именно эта форма анализа (с пониманием ограниченности исследований)». А я утверждаю, что даю фрагмент логико-теоретического исследования, показывающий Способ, т. е. показываю фрагмент «Логики» (точнее – фрагмент стороны «Логики», а именно «Содержательной логики», выявляющей Способ, рассматриваемый со стороны адекватности изображения «по содержанию (и вместе с тем по форме)». Если Вы признаете «Формальную логику» как выявляющую единственный способ правильного выстраивания понятийного мышления, то, значит, по сути дела, Вы признаете существование Способа, рассматриваемого хотя бы лишь со стороны адекватности изображения «по форме (и вместе с тем по содержанию)» и возможность его адекватного отображения в понятиях.

Формальная логика сама по себе не имеет ни малейшего отношения к адекватности отражения реальности в понятиях. Можно построить неконечное число строгих формально логических систем не только не имеющих отношения к реальности, но и противоречащих ей.

Но при этом, по-вашему, получается, что должно существовать много способов, «методов, схем» адекватного отображения в понятиях бытия (ОР).

Нет, по моему получается, что не существует ни одного метода адекватного отражения. Само понятие «адекватность» мало пригодно для обсуждения соотношения теоретического знания и эмпирических данных. Хотя если обсуждать достоверность теоретического знания, то действительно, методов и способов построения теоретических систем множество. Что так же можно признать в качестве эмпирического факта. И именно ваша опора на достоверность исторического опыта подтверждает эту мысль.

Ваше утверждение «Форма полярного (дихотомичного) анализа лишь одна из возможных классификационных схем. Посему указание на ее исключительность (”необходимым разделением может быть лишь раздвоение целого-объекта“) представляется неоправданным ограничением мышления (особенно философского)», по существу, аналогично утверждению, что формы и законы понятийного мышления, выявленные в «Формальной логике» лишь одни из возможных, позволяющих выстраивать мышление так, чтобы получать в итоге адекватное изображение в понятиях бытия (особенно для философов, так как у них законы адекватного изображения бытия и его частей у каждого свои, соответствующие их индивидуальному способу мышления).

Во-первых, тут следует уточнить, что вы понимаете под «формальной логикой», поскольку, в современной науке культивируется множество логик (среди которых есть и не дихотомические). Во-вторых, если вы действительно ставите перед собой задачу изучения реального познания во всем его разнообразии (особенно философском), то должны обосновать именно это разнообразие, а не утверждать, что возможен лишь один метод.

Другое дело, если бы Вы утверждали, что выявление мной форм и законов отображения в понятиях объектов неверное, так как противоречащее Логике (что, разумеется, возможно) и логически обоснованно показали это, последовательно и подробно рассмотрев и проанализировав соответствующий фрагмент моего исследования (а для большей убедительности – всю работу).

Вы, наверное, понимаете, что строгость формально логических построений не является сама по себе критерием достоверности теории. Тем более, эта логичность ни в коей мере не может быть признаком исключительности (единственно правильности) теории. Если я предложу строго логические построения с противоположными вашим выводами – это ни в коей мере не будет отрицанием логичности ваших. Просто при взгляде не предмет с разных сторон, возможно построение неконечного числа формально логических систем, которые не только не исключают возможность существования друг друга, но и необходимо подразумевает наличие этого множества, как отражение многогранности, многоуровневости бытия, не сводимого к единой (единственно «адекватной») логической системе.

Посему ваши строгие логические построения говорят лишь об отсутствии ошибок в умозаключениях, но никак о их адекватности чему-либо. А их соотношение с реальностью – есть лишь соответствие вашего текста вашему же пониманию реальности.

Вы видите, что мир именно таков каким вы его описываете, или, наоборот, вы описываете мир таким, каким его видите. Вы же не станете утверждать, что ваше видение правильное, а скажем мое, ложное. Да еще на основании того, что вы логично пишите. Логичность изложения это лишь минимальное требование философско-теоретических построений, которому удовлетворяли большинство столь разнообразных философов живших до нас и с нами.

Вы пишете: «Ну и самое главное, о “ложности понятия «Диалектическая логика»”. Я не совсем понимаю, что такое “ложность понятия”. Вопросов не возникло бы, если бы было написано так: “в логической схеме, предложенной в рамках данного анализа, нет необходимости введения термина “диалектическая логика” и т.д.». Отвечая на замечания Грачева М.П. и Булата по моей работе «Что есть логика» я подробно разъяснил на страницах «Диалектической логики» Грачева что означает мое утверждение о ложности понятия «Диалектическая логика» (и что это отнюдь не вопрос терминологии). Думаю, если бы Вы прочитали эти материалы, то многое в моей работе Вам стало бы более понятно (в том числе и «что такое “ложность понятия”»)…

Извините, но Вы не разобрались, о чем в критикуемом фрагменте работы идет речь, если написали следующее:

«Среди нескольких более мелких вопросов хотелось бы выделить не достаточно (на мой взгляд) проработанный момент разделения изображения объекта как абстрактного целого и как части-–целостности бытия. Объект принципиально не может быть познан как абстрактное целое вне его понимания как части: все стороны-свойства объекта не есть его свойства как взятого самого по себе, а с необходимостью есть свойства относительно других объектов, выявляемые лишь во взаимодействии (отношении) к другим. То есть объект как целое может быть выявлен только как часть целостности мира, как совокупность отношения с другими объектами».

Всякий объект познания как данный «этот» есть, с одной стороны, часть бытия, с другой стороны, «эта» данная целостность, а не другая. И как «эта» (а не другая) данная часть-целостность бытия, очевидно, имеет только «эти» свойства (отсюда, она и определяется как «эта»). Но чтобы разобраться в том, в чем заключается способ отображения в понятиях любого объекта как выявленной «этой» части-целостности бытия, приходится сначала представить объект как просто целое, которое при познании его «этих» свойств (т. е. при отображении объекта в понятиях и получении в результате и в итоге – целостного изображения «этого» объекта с «этими» свойствами в качестве целостной системы понятий, выражающей свойства данного объекта) разделяется на «эти» свойства-части. Объект-целое, изображенный в понятиях, и представляется по необходимости, прежде всего, как абстрактное целое, разделенное на части-свойства.

А далее логика подсказывает ход рассуждений, показанный во фрагменте. Ход рассуждений в соответствии с логикой и приводит сначала к следующему обоснованному выводу:

«Таким необходимым разделением может быть лишь раздвоение целого-объекта на части-свойства и раздвоение в свою очередь выделенных частей-свойств. В самом деле, выделенные путем последовательного раздвоения части-свойства целого-объекта вместе составляют целое-объект, сколько бы их ни было выделено; в результате их выделения целое-объект остается тем же целым, только состоящим теперь из частей-свойств (изображение объекта в понятиях), т.е. их выделение есть анализ и вместе с тем синтез»;

затем к выявлению закона:

«Указанная необходимость выявления свойств-сторон и свойств-сторон выявленных свойств-сторон при теоретическом исследовании объекта есть закон адекватного изображения в понятиях объекта как целого. Этот закон можно определить как закон анализа объекта-целого на свойства-стороны или как закон анализа-синтеза».

Далее ход рассуждений в соответствии с логикой приводит к тому, что принято называть «восхождение от абстрактного к конкретному» (при логико-теоретическом исследовании выявленных частей-целостностей бытия)…

Вы написали: «Также можно подумать о целесообразности разделения строения объекта и его движения. … Если речь идет о необходимом внутреннем движении объекта, определяющем его как таковой (скажем процессов в биологическом организме), то следует говорить не о разных состояниях некоего статичного объекта, а о едином объекте как совокупности пространственно и временно распределенных свойств-сторон. То есть нет необходимости разделять единый динамичный объект на пространственное строение (структуру) и процесс (движение)».

У меня речь идет отнюдь не о «пространственном строении (структуре)». А «движение» надо понимать как процесс изменения вообще, происходящий с частями-целостностями бытия непрерывно, но так, что при этом части-целостности остаются теми же самыми… Это понятия не «Физики», не «Биологии», а «Логики», выявляющей Способ, рассматриваемый со стороны адекватности изображения «по содержанию (и вместе с тем по форме)». Т. е. это понятия «Содержательной логики», где выявляются, с одной стороны, «категории», с другой стороны, законы получения адекватного изображения в понятиях бытия. Бытия, объективно разделяющегося на определенные части-целостности, которые только и могут быть объектами научно-теоретического отображения в понятиях. Отображения, начинающегося с опытов над чувственно воспринимаемыми (в «пространстве» и во «времени») частями бытия – «вещами», Но не «вещи» как таковые являются частями-целостностями бытия и вместе с тем объектами научно-теоретического исследования, а то, что я определяю как «явления» (см. работу «Вперед от Канта (…)»); именно свойства конкретных явлений (выявляемых и уже выявленных в течении всей истории познания бытия (ОР) людьми частей-целостностей бытия) только и могут быть изображены в целостных системах научно-теоретических понятий.

В Вашем понимании объекта научно-теоретического познания объективно происходит, по существу, смешивание понимания объектов как «вещей» и как «явлений»…

Как и на какие части-целостности разделяется бытие объективно (при отображении в понятиях), что есть часть-целостность бытия – это я показал во втором фрагменте исследования явления «Отображение бытия в понятиях». О нем сказано в конце фрагмента, приведенного в критикуемой работе, но сам фрагмент я там не привел.

Я надеялся, что читатели заинтересуются и прочтут всю работу «Вперед от Канта. (Сущность философского познания; движение и развитие философского познания в историческом процессе познания бытия людьми)» и смогут верно понять мое логико-теоретическое изображение в понятиях «Что есть логика». И тогда, с одной стороны, поддержат мое понимание Логики как Способа и основы Метода (одни), с другой стороны, подвергнув обе работы критическому разбору, попытаются опровергнуть верность ведения мной исследования и верность результатов этого исследования, вместе с тем верность моего понимания Логики и Метода (другие). И одно и другое для меня одинаково ценно и необходимо для продолжения исследований.

Хотелось бы верить, что я ошибусь, но читатели не смогут верно понять, поскольку правильное понимание лишь одно и только у вас. Но поскольку, как вы сами пишите, что единственным критерием истинности философского знания является его восстребованость, то есть совпадение вашего понимания с пониманием читателей, то будем ждать результатов этого теста на «адекватность» (логичность тут не служит гарантией вотребованности). Хотя сам факт педалирования на исключительной истинности каких-либо построений не востребован (не популярен) в современном мышлении (не только философском), а посему имеет малые шансы быть “адекватным” чему-либо, кроме вашего видения мира.

Гогузев А.В.

3. 02. 08 г.


Предыдущий текст разделе: « Несколько вопросов о будущем науки
Последующий текст в разделе: » Метафизический детерминизм

17 Февраль 2008 |
Подписаться на сообщения RSS 2.0

Опубликовано в разделах: Дискуссии, эпистемология, философия



Один комментрий к “Ответ Гогузева А.В. на комментарий Болдачева А.В. по работе «Что есть логика»”

  1. 1 boldachev 18 Февраль 2008 @ 11:05

    Я упустил один существенный момент в своих комментариях - на первый взгляд показалось, что это очевидно - но решил все же дополнить.
    Вопрос однозначности того или иного вывода, заключения полученного строго логическим путем в первую очередь зависит от исходных посылок, от тех положений которые бездоказательно принимаются в начале любой теории.
    И действительно, если реальность принять за однородную, одноуровневую, неэволюционирующую, данную нам в ощущение как нечто единое, то действительно логичным выводом будет предположение о единичности метода и формы ее отражения в понятиях.
    Если же видеть перед собой многогранную, многоуровневую, эволюционирующую реальность, да еще видеть самого познающего субъекта лишь как часть ее, понимать взаимную зависимость субъекта от реальности и реальности от субъекта, то в качестве логичного вывода можно будет признать неизбежность множественности методов отображения реальности в понятиях, невозможности сведения познания к единственно правильному “адекватному” (непонятно чему) формальному знанию.
    Так что вся проблема в фиксации исходных позиций, в том или ином способе ограничения своего видения мира.

URL этой страницы: http://www.boldachev.com/que-ans/gog-bol/



Искать On-line кабинет Александра Болдачева

рабочий кабинет

архив

Собеседникам

  • Войти
  • [После регистарции и входа вам не надо будет каждый раз набирать свои данные при оставлении комментариев.]

RSS сообщений
RSS комментариев

Спецодежда оптом от производителя спецодежда иваново от производителя.

Вы можете получать информацию об обновлении сайта по e-mail

Рассылки Subscribe.Ru

Наверх . Рабочий стол . Статьи . Библиотека .
On-line кабинет Александра Болдачева © 2007