«ИНТЕГРАЛЬНАЯ ЭПИСТЕМОЛОГИЯ»,
страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В заключение попробую кратко изложить и обобщить основные моменты предложенной системы научного познания.

Исходной позицией при анализе процесса научного познания стал тезис о его исключительно социальном происхождении. То есть я утверждаю, что акты индивидуального познания (взаимодействие объекта и субъекта познания) можно рассматривать как единичные реализации общего процесса взаимодействия социальной системы с Миром. Человека в схеме познания я представляю как единство его индивидуального Понимания (некоего необъективированного, нефиксированного представления Мира) и знания (набора формальных высказываний, зафиксированных в памяти). И индивидуальное Понимание, и знание формируются только под воздействием социальной системы, то есть не имеют отношения к его биологической природе. Индивидуальное Понимание является продуктом всего процесса воспитания и обучения человека и отражает всеобщий уровень Понимания Мира на конкретный момент развития социальной системы. Знание выступает, как объективированное, зафиксированное в высказываниях Понимание. Оно способно сохраняться и передаваться и не зависит от субъективных факторов. Как индивидуальное Понимание формируется под воздействием, получаемых социальных знаний, так и всеобщее социальное Понимание функционирует в результате продуцирования новых знаний индивидуальными Пониманиями. Это циклическое взаимоопределение знания и Понимания и составляет основу научного познания.

Рассматривая систему научного познания, я исключил из нее такую категорию, как «истина». При этом я исходил из того, что то понятие, которое мы непосредственно (интуитивно) понимаем как Истину, не может быть выражено конечным формальным высказыванием или системой высказываний (теорией), а следовательно, и не может являться элементом науки. В науке можно говорить лишь об истинности конкретного единичного высказывания, да и то не в смысле его соответствия некой действительности, а лишь как о его формальном тождестве другому высказыванию (или нескольким высказываниям). Такой подход позволил однозначно очертить границы науки как формальной системы и без особых разочарований признать объективную невозможность рационального независимого доказательства истинности как теоретического (аналитического), так и эмпирического (экспериментального) высказываний. Но взамен утраченной формальной объективности мы приобрели реальную обоснованность достоверности тождества этих высказываний в их обусловленности всеобщим социальным Познанием. Именно множество совпадений теоретических и эмпирических высказываний дает нам право делать утверждение, с одной стороны, о реальности предметов научных теорий как элементов, встроенных в социальную систему, и с другой стороны, о достоверности самих научных теорий (научного знания) как формальных элементов всеобщего социального Познания.

Исходя из того, что научные теории могут иметь как истинные, так и ложные высказывания (то есть имеющие и не имеющие тождественные им эмпирические высказывания), нельзя делать однозначные заключения об истинности теорий в целом. Для оценки степени адекватности теории предмету я предложил использовать понятие «достоверность». При этом верификация теоретических высказываний повышает достоверность теории, а их фальсификация не делает теорию ложной, а лишь понижает ее достоверность, сужает границы ее использования. Кроме того, я предложил характеризовать теории и с точки зрения их понятийной ценности, то есть способности фиксировать в научной системе индивидуальное Понимание предмета и передавать это понимание другим.

Далее я попытался обосновать ограниченность научного познания как лишь одного из способов реализации индивидуального Понимания Мира. Исходя из констатации бесконечности, нелинейности и нерядоположенности (иерархичности) пространства качеств предмета науки, я сделал вывод о невозможности построения его единой формальной теории. Максимальное знание и максимальное Понимание предмета в науке может быть достигнуто лишь в результате построения не конечного числа теорий, перекрывающих все пространство его качеств, и создания теорий, устанавливающих классификационные и другие отношения между частными теориями.

Развивая этот подход применительно к эпистемологии и философии, я выдвинул тезис о безусловной понятийной ценности всех имеющихся частных теорий и систем, которые, на мой взгляд, к настоящему моменту уже практически перекрыли все пространство качеств такого предмета, как научное познание. Назрела необходимость объединить эти частные теорий в некую интегральную эпистемологию или философию. Интегральная философия может быть представлена множеством формальных систем, устанавливающих принципы классификации частных теорий, но она не вправе претендовать на место единой философской системы как единичной теоретической системы. В конечном приближении она должна реализоваться в формировании интегрального, синкретического постнаучного здравого смысла, как социально-индивидуального Понимания всего научного знания.
И напоследок сделаю еще несколько методологических замечаний относительно представленной работы. В ней я ни разу не использовал слово «диалектика», хотя, наверное, многие понимающие, о чем идет речь, улавливали отблески диалектической логики в разворачивании изложения, в бесчисленных «но», «с другой стороны», в откровенно триадной классификации многих понятий и, конечно же, в обозначенных в предисловии принципах автокритического метода. И сделано это сознательно. Во-первых, работа принципиально не строилась как диалектическая система, она лишь отражает диалектическую природу представленной интегральной философии. Во-вторых, в современной философии и особенно в эпистемологии явно прослеживаются антидиалектические настроения, и я не хотел без особой нужды лишать противников диалектического подхода возможности понять и принять некоторые положения представленного текста. В-третьих, даже приверженцы диалектики трактуют ее столь разнообразно, что трудно надеяться на однозначное понимание текста, содержащего слово «диалектика». И, в-четвертых, подводя итог всем этим соображениям, можно сказать, что тема диалектической логики требует отдельного основательного обсуждения.

Значимость любого теоретического подхода может быть оценена по фиксации новых точек зрения на предмет познания, новых его определенностей, что безусловно было сделано в этой работе. Кроме того, я старался достичь главной цели, которая только может стоять перед любой философской системой - максимального расширения (повышения, углубления и т.д.) индивидуального Понимания читателя.

Минимальным положительным результатом этой работы было бы, например, если бы каждый читатель мог сказать: «Я не все понял, но вот в том-то и том-то я с ним согласен, это подтверждает мои взгляды.» Я посчитал бы, что задача работы выполнена, если бы некоторые могли сказать: «теперь я понимаю и тех, с кем раньше спорил». И я был бы счастлив, если кто-то сказал: «Я чуть больше понял себя и наш Мир».
2003, Санкт-Петербург

«ИНТЕГРАЛЬНАЯ ЭПИСТЕМОЛОГИЯ»,
страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

18 Апрель 2008 |
Подписаться на сообщения RSS 2.0

Опубликовано в разделах: Статьи, эпистемология, философия